Болезненное самолюбие делает этих людей крайне обидчивыми, что они скрывают всеми силами. Чувствуя себя в душе слабыми, они стараются скрыть это за маской агрессии. «Лучшая защита — это нападение», — считают они. Причем не замечают, что защищаться-то не от кого, потому что никто не собирался на них нападать, и нападают первыми на ни в чем не повинных людей, которых они почему-то заподозрили во враждебном к себе отношении.

В детстве такой человек не получил от взрослых признания своей личности, своей индивидуальности, ценности своих чувств и мыслей, своего внутреннего мира. Поэтому ему кажется, что его никто не признает и не ценит, и он стремится силой доказать свою значимость. Он не гнушается даже славы Герострата, готов быть разрушителем, если это даст ему ощущение собственного превосходства над другими. Он не понимает, что, неся разрушение и агрессию в мир, разрушает прежде всего себя, свою душу. В итоге чувствует себя все более несчастным и ищет выхода во все новых и новых битвах, войнах, стычках или даже обыкновенных кухонных склоках — в зависимости от уровня и масштаба личности. В душе он, как и все, жаждет любви, но не верит, что может получить ее, а потому озлобляется все больше и больше, видя вокруг врагов. Такому человеку мешает все и вся: соседи, прохожие, лающие на улице собаки, шумно играющие дети, музыка, разговоры… Он на всех постоянно готов «спустить всех собак», придравшись к любому, самому незначительному поводу, а то и вообще без повода. Но постоянное ощущение, что кругом враги, опустошает душу, поселяет в ней только мрак и холод.